Как мастер книги Фаворский сформировался в 20-е годы. Известность ему принесли девятнадцать буквиц к «Суждениям господина Жерома Куаньяра» Анатоля Франса, исполненных в ксилографии по заказу московского издателя А.М. Кожебаткина в 1918 году. В письме к искусствоведу И. Г. Мямлину в последний год жизни Фаворский пишет об этой работе: «…они так давно сделаны. Делались в самое голодное время… мои ранние работы, которыми Вы заинтересовались, можно решить таким образом: художник в своих первых работах, прежде всего, ищет тип рельефа, для себя приемлемого, и когда находит его, применяет в разнообразных дальнейших работах. Мне кажется, что я в ранних произведениях делал объемный рельеф, нечто вроде кубистического рельефа. Говоря просто, тут было соединение фаса с профилем, и богатство заключается в том, что фас обогащает профиль, а профиль делает сродни плоскости фас».

Впервые «Суждения господина Жерома Куаньяра» с инициалами Фаворского были изданы лишь в 1963 году. Эта серия резко отличалась от принятых в то время подходов к оформлению книги. Фаворский, возрождая старую технику, возвращается к средневековому историзированному инициалу, который является небольшой иллюстрацией, раскрывающей положения и ситуации, в которых разворачивается действие.

В фондах библиотеки есть несколько оформленных Фаворским книг 1920-х годов. В некоторых он разработал лишь титульный лист или обложку (антология «Революционная поэзия современного Запада», «Флорентийские живописцы Возрождения» Бернсона, «Мнимости в Геометрии» Павла Флоренского), другие содержат более сложный комплекс графических элементов.

В этот период Фаворский делает гравированные шрифты, которые оказываются одной из самых выразительных частей его обложек, титулов и даже самих гравюрных композиций. Он видел в награвированном слове экспрессивные возможности, вступающие в сложные отношения с гравюрным изображением. Поэтому так выразительны и красивы бывают у Фаворского даже те обложки, где совсем нет изобразительных элементов.

Абрам Эфрос в известной статье 1923 года в журнале «Русское искусство» писал о раннем Фаворском:

Уже в 1923 годуЭфрос провозгласил Фаворского центральной фигурой советской ксилографии, которая, в свою очередь – «единственная точка, где мы стоим выше европейского искусства, где мы превосходим его и законодательствуем ему».

Фаворский рассматривал книгу как логическое конструктивное единство, «изображение пространственными средствами временного литературного произведения». Все структурные элементы книги содержательны, каждый из них имеет свои качества и возможности. Не только для каждого автора, но и для каждой конкретной книги Фаворский находил собственное пластическое истолкование, выявляя новые потенциалы ксилографии.

В фондах библиотеки также есть «Озорные рассказы» Бальзака, выпущенные частным петроградским издательством «Полярная звезда» в 1922 году. Обложка, заставки и концовки оформлены Фаворским.

В беседе с искусствоведом Е. С. Левитиным  в 1961 году Фаворский вспоминал:

«С этими работами история была. Гравюры-то потерялись и воспроизводились по оттискам. Ну, заставки и концовки – правильно воспроизвели, а начало – свободно. Титул был у меня с гравюрой – той, что на обложке, только – больше. А вот обложку точно не помню. Вроде как без гравюры, один текст, но, с другой стороны, по композиции, вроде, должна быть гравюра. Не помню уж».

Одна из ярких и характерных работ Фаворского 1920-х годов – «Книга Руфь» в переводе Абрама Эфроса – представлена в библиотеке репринтным изданием из серии «Книжная коллекция». Это восьмая книга Ветхого Завета, повествующая о моавитянке по имени Руфь, которая приняла иудейскую веру и стала прабабушкой царя Давида.
Гравюры Фаворского в конечном итоге иллюстрируют не столько рассказ о Руфи и Воозе, сколько эпическое мироощущение, глубоко пронизывающее «Книгу Руфь».

Фаворский об иллюстрациях к новеллам Мериме:

«Книга полна шрифта – там буквицы, тамошние жители, и всё, что входит в книгу, должно подчиняться буквице. Буква, собственно, имеет хребет, имеет жесты, которыми выражаются её стремления вперёд и на месте. Только это касается согласных, а гласные не имеют хребта. Они выражают жест рта: О, У, И, А и т.д. И когда они присоединяются к согласной, то они только продолжают этот жест согласных, идя от хребта согласных, усиливают этот жест.
...И то же самое с иллюстрацией, особенно на титуле. Там люди тоже имеют хребет, тоже жесты, тоже органы жестов... Всякое произведение искусства двояко: оно содержит отвлечённую форму, которая становится конкретной в процессе изображения. И так же и Мериме. Также тут отвлечённая форма живёт как близкая к букве, но в то же время становится человеком и изображением человека, когда она приобретает конкретность…».

Сочинения Мериме в оформлении Фаворского в библиотеке представлены изданиями Academia «Души чистилища; Илльская Венера» и «Двойная ошибка; Партия в трик-трак; Этрусская ваза» 1927 года и трёхтомным изданием 1933-34 годов (том 1, том 2, том 3).

Фаворский об издании Vita Nova 1934 года в беседе с Е. С. Левитиным:

«Ну, книга эта простая – такой ранний Ренессанс: ясность, простота – простое пространство. Главное – фигуры в пространстве. Портрет пропал. Остался лишь первый вариант, я его сделал, а он мне не понравился, я сделал другой. Вот первый сохранился. Ну, тут – дантовкая мистическая девятка. И титул мне нравится. Конечно, надо смотреть всё это вместе.
Ну вот – Сонет I – это Эрос, страшный Эрос. Здесь всё почти в интерьере, кроме второй канцоны. Эта мне нравится больше всех: я тут так закончил улицу, мне казалось, что так – больше сна. А это вот – обугливающееся солнце.
А вот концовка не получилась. Она должна быть небесная, а тут слишком вещественная. Первая Беатриче – лучше. Она потерялась».

Каноническое издание в оформлении Фаворского – «Сонеты Шекспира в переводах С. Маршака» 1948 года. Книга была оформлена по заказу издательства «Советский писатель» в 1947 году. Художник исполнил заставки, буквицы и концовки. Книга вышла тиражом 20 тыс. экземпляров. Через год появилось второе издание, тиражом 50 тыс., на обороте титульного листа которого сообщается о присуждении С. Я. Маршаку сталинской премии второй степени  за 1948 год за переводы сонетов Шекспира. Оба издания практически идентичны и могут считаться оригиналами, осуществлёнными под контролем и по замыслу Фаворского.

В дальнейшем «Сонеты» Шекспира с его иллюстрациями переиздавались много раз различными издательствами, где без согласования с художником изменялись формат, шрифт, произвольно переставлялись или удалялись отдельные элементы оформления.

Примером подобного рода является англоязычное издание «Сонетов», выпущенное издательством «Прогресс» в 1965 году.

Сам Фаворский в заметке для «Литературной газеты» в 1964 году писал о Шекспире: «Хорошее литературное произведение, как ни странно, легче иллюстрировать, чем плохое. Оно, с одной стороны, подымает художника, с другой стороны, ставит перед ним трудные задачи. Шекспир, конечно, хорош. Он отличается тем, что его произведения всегда передают действие. Действие – вот язык его. И, кроме этого, герои Шекспира сложны и цельны – не примитивные злодеи и не примитивные добродетели…. Относительно «Сонетов» могу сказать, что сонеты, в конце концов, все показывают их героя прекрасным мужчиной и прекрасную чёрную даму. Я хотел их передать.
В своих сонетах и трагедиях Шекспир касается всех моментов нравственных, так что можно сказать – ничто человеческое ему не чуждо».

Ещё одна известная работа Фаворского над книгой переводов Маршака – «Роберт Бёрнс в переводах Маршака» 1952 года.

В рукописи 1961 года «Что я хотел высказать на конференции Союза художников по искусствоведению» Фаворский приводит в пример свою иллюстрацию к Бёрнсу:

«Мне думается, что самое вредное изречение, независимо от того, что оно истинно, это утверждение, что содержание слито с формой и что разъять их нельзя и отдельно говорить о форме и содержании тоже нельзя….Я иллюстрировал одно стихотворение Бёрнса, в котором сюжетом является сова, кричащая вечером в лесу, и он ей сочувствует. Я изобразил лес и человека в вечернем лесу, совы не было, унылый крик я передал мрачным изображением леса и одиночеством человека. Мне кажется, я таким образом повысил сюжет до темы. Но когда я пришёл в издательство, редактор упрекнул меня, что я так сделал, а не награвировал сову с пестрыми крылышками; мне кажется, он возвращал меня к сюжету.
И вот, мне кажется, что большинство искусствоведов заняты обычно тем, что берут какое-нибудь произведение и выискивают сюжет, то есть делают как раз обратное тому, что делал художник, заставляют читателя и в том числе художника как бы проделать обратный путь».

Фаворский несколько раз обращался к «Слову о полку Игореве». В первый раз это была книга, выпущенная Гослитиздатом в 1938 году в переводе Ивана Новикова. Затем художник участвовал в выставке к 750-летию «Слова», открытой в 1938 году в залах Литературного музея, исполнив для неё цветные иллюстрации на специальных досках и несколько одноцветных рисунков. В последний раз художник работал над «Словом о полку Игореве» для книги, выпущенной Детгизом в 1952 году тиражом в 5000 экземпляров. В оформлении книги участвовал также художник М. И. Пиков. После этого иллюстрации и элементы оформления Фаворского использовались произвольным образом в разных изданиях и используются по настоящее время.

В 1961 году Издательство Академии художеств СССР выпустило отдельный альбом «В. Фаворский. Иллюстрации к Слову о полку Игореве», для которой художник написал короткое предисловие, подводя итог своей работе над эпосом. Кроме этого, он подробно описал весь ход размышлений и свой метод в статье, опубликованной в журнале «Пионер» № 1 за 1954 году. Приведём несколько цитат из этих двух текстов:

«Моя задача была передать стиль «Слова», но никак не впасть в стилизацию. Ведь я сегодняшний человек, и ни в коем случае не должен реконструировать древнюю форму, а должен передать стиль «Слова», как я, современный человек, его понимаю. Насколько это удалось – судить не мне, но, во всяком случае, я всячески избегал стилизации. Естественно, я изучал древние рукописи, миниатюры, буквицы и орнамент. В древней живописи искал нужные мне типы, искал их и в жизни».
«Моя техника, когда я переношу рисунок тушью на доску, а затем затемняю всю доску прозрачной тушью, позволяет мне, нанося штрихи штихелем, выявлять светом форму предметов, и когда смотришь на доску в зеркало, то в темных местах рисунка на доске как бы угадываешь форму, наподобие того как скульптор угадывает форму в массе камня».
«Белым штрихом на черном легко передать яркую молнию, блеск воды, мелькание освеженных листьев, блеск оружия и кольчуг. Легкими белыми штрихами можно передать туман, идущий от реки, и воздух, заслоняющий от нас далекие предметы.
Передавая живые лучи солнца, их движение, перемешиваешь белые и черные линии, и они как бы шевелятся.
Черным пятном штриха передашь и мрачную тучу, и темную зелень дуба, и масть коня, и плащ воина, и темно-красное знамя. И если приглядеться, то видишь, что черное и белое всё время кажется разным – то тяжелым и грузным, то легким и воздушным».
«Текст сопровождается фигурными буквами и картинками на полях. Они так же мимолетны, как и упоминания в тексте о гусях и лебедях, об орлах и волках, о бедных русских женах и бегстве Игоря. Мелкие картинки на полях и буквы сопровождают весь рассказ и должны соединить всю книгу в одну песню.
И я хотел бы, чтобы было так, как говорится: «из песни слова не выкинешь»; так бы и у меня, в моей книге, которую я сделал из картинок, орнамента и украшенных букв, нельзя было бы ничего выкинуть. Добился ли я этого – вам судить».

В качестве примеров вольного отношения с «картинками, орнаментами и украшенными буквами» Фаворского приведём два издания. Это норвежское издание 1987 года и перевод «Слова» на арабский язык, выпущенный издательством «Радуга» в 1989 году и опирающийся на издание 1938 года.  Оба они произвольно выбирают и располагают отдельные части, взятые у Фаворского как элементы «конструктора», из которого строят свой собственный книжный объект.

Для более подробного изучения работы Фаворского над «Словом» рекомендуем детальное исследование «Слово о полку Игореве» в гравюрах Фаворского», выпущенное в 1987 году издательством «Искусство».

Последней работой Фаворского в книге стала монументальная серия гравюр к «Маленьким трагедиям» Пушкина. Художник работал над ними не один год – заставки и концовки он придумал ещё в 1949 году, а закончил работу в 1961. Книга была выпущена Гослитиздатом в 1961 году тиражом в 30000 экземпляров. В 1962 году за циклы иллюстраций к «Борису Годунову», «Маленьким трагедиям» Пушкина и «Слову о полку Игореве» Фаворский получил Ленинскую премию. Пушкинская тема пронизывает искусство Фаворского на протяжении всей его творческой жизни. В 1862 году, отвечая на вопрос из анкеты, предложенной редколлегией журнала «Театр»: «Какая тема вас волнует последнее время?» – Фаворский сказал: «Всегда мне интересен Пушкин».

Кроме иллюстраций Фаворский разработал также вёрстку, орнаменты и шрифт заголовков. Верхние колонтитулы он очертил линии с разными масками, изображающими персонажей.

Сравнение книги с произведением архитектуры наиболее ярко подтверждается именно «Маленькими трагедиями». Многочисленные гравюры соединяются в строгое единство и своим напряженным ритмом делают ощутимыми для читателя сжатость и драматическую насыщенность пушкинских пьес. Пластически выразительный форзац, композиционно завершенные иллюстрации, ритмический орнамент мелких украшений, горизонтальные тяжи страничных линеек, - всё это слагается в логическое конструктивное единство.

«Я был счастлив, что мне в Гослитиздате предложили заявить любую тему и выбрать любой формат. И я взял «Маленькие трагедии»…

Суть литературных произведений Пушкина заключается в следующем: каждая вещь трактует о страсти, и эта страсть пытается себя возвеличить, возвысить, как бы приукрасить. Так в «Скупом рыцаре» – скупой, но рыцарь! Так в «Моцарте и Сальери», где убийца объясняет свое поведение любовью к искусству! Так в «Доне Гуане», где является Deux ex machina – эта статуя командора, и кончает всё. А в «пире во время чумы» не так. Там Пушкин пытается освятить смерть, и в гимне Председателя заключена очень высокая идея и очень светлая идея, что:
Всё, всё, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья –
Бессмертья, может быть, залог!

Должен сказать, что я не доверил оформление одним иллюстрациям. Мне казалось, что книга вся полна потоком страсти, и мне трудно было бы отдельными иллюстрациями передать это движение. И я взял и ввёл маски. В каждой вещи я делал маски у линейки наверху: маски Альбера и Ивана, Барона и Жида, Дон Гуана и Командора, Лауры и Доны Анны; и в «Пире во время чумы» – Девушки и Смерти и других персонажей «Пира».

Фаворский не раз подробно рассказывал о своей работе над гравюрами к «Маленьким трагедиям» и другим книгам. Большая часть его текстов собрана в фундаментальном издании «В. А. Фаворский. Литературно-теоретическое наследие», выпущенном издательством «Советский художник» в 1988 году.

На выставке представлено англоязычное издание «Маленьких трагедий» 1965 года, выпущенное издательством The Antioch Press, и репринтное издание, выпущенное в 2005 году издательством «Фортуна ЭЛ».

Историю советской детской книги принято начинать с издательства «Радуга» (1922–1930), основанного в Петрограде журналистом Львом Клячко и писателями Корнеем Чуковским и Самуилом Маршаком. Издательство собрало лучшие художественные силы того времени. Стиль иллюстраторов был очень разным, задачей было скорее сформировать атмосферу творческого эксперимента, которая впоследствии привела к большим изменениям к книжной культуре.
В этот же период Фаворский работает во ВХУТЕМАСе (ВХУТЕИНе), где разрабатывает целостную систему преподавания, в центре которой стояли его «Лекции по теории композиции». Отличительной чертой теории композиции Фаворского было то, что она стала шире его опыта как художника. Сочетание в одном лице художника и теоретика, который был еще и историком искусства по образованию, давало уникальные результаты.

Наследие Владимира Андреевича Фаворского в детской книге представлено несколькими теоретическими исследованиями, книжными ансамблями и отдельными иллюстрациями к произведениям художественной литературы отечественных и зарубежных авторов, а также к историко-публицистическим текстам для детей.

В своих сочинениях, посвященных теории книжного искусства и эстампа, Фаворский обращался к теме художественного оформления книги для ребенка. Мастер указывал на изменения в восприятии зрительной картины мира за время взросления читателя. Также он определял два типа книги: двигательную (характерно для ребенка: внимание к деталям и значению предметов) и зрительную (хорошая скорость чтения, визуальное восприятие пространства).

Несмотря на то, что Фаворский обращался к детской иллюстрации на протяжении более чем 30 лет (с середины 20-х до конца 50-х годов), нельзя сказать, что его работа в детской книге была системной. Произведения художника не встретишь в привычных для современного читателя цветных иллюстрированных изданиях для детей, хотя одна из первых работ Фаворского для детской аудитории – это большие, в четыре краски, иллюстрации к произведению С.Я. Маршака «Семь чудес» (1929), созданные для издательства «Молодая гвардия». Предварительные рисунки для постраничных иллюстраций были выполнены в технике акварели, для обложки – в технике карандашного рисунка, затем они были переведены на грушевые доски в технике обрезной ксилографии. Но тогда книга так и не была напечатана.

Сын поэта И. С. Маршак готовил книгу к изданию в 1976 году в издательстве «Малыш» к 90-летию со дня рождения Маршака и Фаворского, но и это издание не увидело свет.

Гравюры, выполненные Фаворским к «7 чудесам», публиковались лишь однажды, в 1971 году отдельным изданием в виде папки с тиражом всего в 500 экземпляров. Фактически, задуманная Фаворским книга вышла почти через 80 лет, в 2008 году. Это издание, хранящееся в фонде Библиотеки иностранной литературы и представленное на выставке, относится к коллекции репринтов детских книг – «27 чудес».

Интересный факт: на иллюстрации к «пятому чуду» вокруг главного героя – самовара художник изобразил себя со своей семьей – жена Мария Фаворская, сыновья Никита и Иван, годовалая дочь Маша, а наливает чай из самовара мать художника Ольга Владимировна Шервуд.

В семейном архиве наследников Фаворского сохранились оригинальные авторские доски для этих ксилографий. При подготовке к печати коллекции репринтов «27 чудес» выяснилось, что в разных изданиях в тексте загадок имеются расхождения, а главное – порядок стихотворений не соответствует замыслу художника. Да и название у этой книжки в разных вариантах отличается - «Семь чудес», «Чудеса», «Загадки».

 Наследники предоставили издателям машинописный экземпляр стихов-загадок, который использовал Фаворский при работе над гравюрами, с рукописными указаниями И. С. Маршака о порядке стихотворений, а также его вступительную статью для будущей книги. Гравюры воспроизведены с авторских досок, предоставленных наследниками В.А. Фаворского. На оригинальных досках названия «чудес» даны лишь в двух стихотворениях «Чудо первое», «Чудо второе».

Еще одно произведение для детей, представленное на выставке, – «Рассказы о животных» Л. Н. Толстого в репринте 2008 года. И если «Семь чудес» содержит единственный пример многоцветных гравюр художника, то в этом здесь дополнительный цвет введен им как формообразующий элемент книжного пространства для плашек и фоновых заливок.

Художник сам описал, как работал над этим изданием.

«Давно, когда существовало издательство «Academia», мне привелось оформлять в этом издательстве в 1932 году маленькие рассказы о животных Л. Толстого, не кого-нибудь! Чтобы иллюстрировать это произведение, иллюстрации должны были быть особенно реалистичными. Толстой не прибегает к зрительным описаниям, но изображает все очень реально.
И вот, прежде чем начать работать, я должен был найти зайца, настоящего зайца, а не кролика, которого всё мне подсовывали всякие изображения. Куда бы я ни обращался, всюду был кролик.
Наконец в зоопарке в вольере с павлинами я нашел зайца и поразился его строению. Он был гораздо серьезнее, чем кролик.
Я стал гравировать. И должен сказать, что гравюра, которая у меня получилась, мне не понравилась. У меня вышел заяц реальный, но чем-то он был нехорош. Мне казалось, что его можно разглядывать – шуба такая, строение такое. Но больше ничего. Можно было сказать, что признаков отрицательных у него не было, но он никак не был поэтическим зайцем. А мне нужен был реально-поэтический заяц, который бы рассказывал о снежных полях, о морозах, о порослях осины, о морозных ночах.
И я награвировал другого, такого, который должен был жить в книге, в этой вот книге».

О работе Фаворского над иллюстрациями к «Рассказам о животных» Л. Н. Толстого можно узнать из воспоминаний художника в книге «Рассказы художника-гравера», изданной в 1976 году, написанной, вернее, надиктованной Владимиром Андреевичем в 1962 году.

Еще одна работа Владимира Андреевича Фаворского, на этот раз совместная с сыном Никитой Фаворским, одним из самых талантливых учеников художника, – «Сказки» Бориса Шергина, вышедшие в издательстве «Белая ворона» в 2023 году.

Эта книга представляет собой подборку многократно публиковавшихся сказок Бориса Шергина. При этом она является отчасти и первоизданием, так как отправной ее идеей стало первое и очень долгожданное соединение этих замечательных текстов с сохранившимся, но практически неизвестным иллюстративным циклом к ним.

Цикл состоит из 13 ксилографий, сделанных в 1939 году Никитой Фаворским. Две иллюстрации отца, Владимира Андреевича Фаворского, были награвированы тогда же и включены в это издание.
Все пятнадцать гравюрных досок хранятся в собрании семьи Фаворских-Шаховских, а оттиски с них есть также в фондах ГМИИ и ряда других музеев. Тогда эти ксилографии не были опубликованы и в отрыве от авторских текстов не приобрели такой широкой известности, как работы Владимира Фаворского к «Поморским старинам» для детгизовского сборника Шергина 1975 года.

Владимир Фаворский в 1938 году был объявлен «главой формализма в графике» и в 1938-м отстранен от преподавания в Московском институте изобразительных искусств, в котором в это же время заканчивал образование Никита.

Тогда работа художников, видимо не была завершена.

Гравюры Никиты Фаворского не были опубликованы ни тогда, ни в последующие полтора десятилетия. Позже некоторые из ксилографий серии воспроизводились в каталогах и альманахах и были высоко оценены специалистами, стали известны любителям и знатокам графики – но не широкому кругу читателей и зрителей.

Гравюра к сказке «Ванька Доброй» определенно сделана не Никитой, а его отцом, но, видимо, позже Никитиных. Тогда же Владимир Андреевич награвировал и отдельную иллюстрацию к сказке «Лиса-исповедница», вертикального формата и иного пространственного строя – предположительно для другого раздела издания или как фронтиспис ко всему разделу сказок.

Творческая биография Никиты Фаворского и характерна и уникальна. Характерна дорога как потомственного художника. Но уникальность в том, что невозможно проследить ту ступень, через которую проходит феноменально одаренный ребенок в своем детском творчестве в полноценное взрослое искусство, этой ступени, ученичества, как будто бы не существует.

Детских рисунков Фаворского (лет с шести) осталась масса, и все они представляют значительный, без каких-либо натяжек, искусствоведческий интерес. Темы самые разные: сюжеты из повседневной жизни, эпизоды из прочитанных (прослушанных) книжек. Игровые композиции с бытовыми или придуманными ситуациями – целые серии про очеловеченных мышей, котов, зайцев.
Очень рано, в возрасте семи-восьми лет Никита овладел трудоемкой техникой ксилографии. Наблюдая за работой отца, он сам гравировал острохарактерные маленькие фигурки на самшитовых обрезках, а затем и сложные, уверенные композиции на полноценных досках. Таким образом, к четырнадцати-пятнадцати годам детское творчество переросло во взрослое. Работы этого возраста у него уже совершенно профессиональны.

В 17 лет Никита поступил в Полиграфический институт, с 1934 года преобразованный в Изоинститут. Он окончил графический факультет в 1938 году. Его дипломная работа «Капитанская дочка» Пушкина – макет книги с гравированными иллюстрациями, заставками, концовками, разработанной версткой всех страниц. За 1939–1940 годы, после шергинских иллюстраций и диплома, Никита успел сделать большие циклы ксилографий к армянскому эпосу «Давид Сасунский» и к калмыцкому эпосу «Джангар» – вместе с отцом и еще несколькими его учениками, а также много других работ – книжных, станковых, монументальных, отмеченных ка отважный открытость. Миру, так и высоким зрелым мастерством.

Как ни парадоксально, при огромном влиянии на него личности, искусства и теоретических взглядов отца, можно сказать, что из нескольких поколений учеников В. А. Фаворского Никита изначально был более других свободен от подражания.

В годы войны Никита Фаворский ушел добровольцем в Московское ополчение – в регулярную армию его не взяли из-за порока сердца – и пропал без вести под Волоколамском осенью 1941 года.

На выставке представлено издание «Художник Н. Фаворский делает книгу "Колобок"» из серии «Избранные детские книги советских художников». Книга реконструирована по эскизам Никиты Фаворского, выполненным в 1935 году.

Андрей Дмитриевич Гончаров (1903–1979) – русский советский живописец и график, художник книги, театральный художник, педагог.
В 1918 году начал заниматься в Государственных свободных художественных мастерских, сначала в мастерской Ильи Машкова, затем у Александра Шевченко. В 1921 году перешёл на графический факультет ВХУТЕМАСа, решив, что изучение искусства следует соединить с изучением производства. Здесь одним из его преподавателей стал Владимир Фаворский.

Гончаров стал одним из первых учеников, активно и удачно использовавших теоретическую основу Фаворского в своих произведениях.

В 1924–26 годах Гончаров был ассистентом Фаворского по курсу «Графические дисциплины». Работал иллюстратором в прессе, сотрудничал с издательствами, за свою карьеру оформил более 160 изданий. Его произведения экспонировались на зарубежных выставках, в том числе книжных.

В 1933 году по заказу издательства Academia Гончаров создал гравированные иллюстрации для книги рассказов Всеволод Иванова «Дикие люди». С 1939 по 1945 годы гравюрой и книгой занимался мало, увлекшись театральным оформлением и монументальной живописью. В годы войны был выпускающим журнала «Фронтовой юмор».

В 1952 году в Детгизе вышла книга «Избранное» Генриха Гейне с иллюстрациями Гончарова. В следующем – издание сонетов и канцон «Избранная лирика» Петрарки, выпущенное Гослитиздатом. Для этого издания художник получил возможность сделать столько графических элементов, сколько считал необходимым. Иллюстрации здесь «совершенная новость в русской книге. Небольшие по размеру, порой трактованные как декорация страницы, гравюры замечательно передают стиль раннего Возрождения, трагические переживания первого лирика европейской поэзии».

В 1956 году Гончаров начал работать над иллюстрированием и оформлением собрания сочинений Шекспира в восьми и томах для издательства «Искусство». Для каждой пьесы была сделана одна иллюстрация, дающая обобщённую трактовку её темы и смысла.

В 1964 в издательстве «Художественная литература» был выпущен «Гамлет» Шекспира.

В 1970-е годы художник обратился к китайской поэзии. Так, в издательстве «Художественная литература» были выпущены «Строфы из гранённой яшмы» Ли Цин-Чжао (1974) и «Цветет мэйхуа: Классическая поэзия Китая в жанре цы» (1979).

Михаил Иванович Пиков (1903–1973) – советский иллюстратор, художник-график, мастер ксилографии. Закончил Вятское промышленное училище, затем учился в московском ВХУТЕМАСе-ВХУТЕИНе живописи и на отделении ксилографии. Среди его учителей был Владимир Фаворский, оказавший наибольшее влияние на графика.

Иллюстрировал многочисленные художественные произведения, в том числе выпущенные издательством Academia, которое было известно качественными изданиями и иллюстрациями классической литературы. Среди последних – «Сочинения» Аньоло Фиренцуолы (1933)  «Лирика» Хафиза (1934), «Лирика Древней Эллады» (1935). Иллюстрации Пикова неоднократно появлялись и в книгах Гослитиздата (Государственного издательства художественной литературы).

В 1950-52 годах Пиков совместно с Фаворским оформлял «Слово о полку Игореве», для которого выполнил сюжетную заставку, буквицы, концовку и другие элементы.

С его иллюстрациями вышли также «Антоний и Клеопатра» Уильяма Шекспира (1944), «Тридцать две новеллы о монахах» (1962). «Божественная комедия» Данте, выпущенная в 1961 году в «Гослитиздате», стала вершиной творчества художника.

В 1963-65 годах вышли книги из серии «Сокровища мировой литературы»: «Сонеты» Шекспира, «Лирика» Бо Цзюй-и и Тао Юань-мина.

По мнению Фаворского, графика Пикова «без каких-либо орнаментальных ухищрений передаёт стиль произведения».

Андрей Дмитриевич Гончаров. М., 1960.

Загянская, Г.А. Владимир Фаворский. Обстоятельства места и времени. М., 2006.

Избранные произведения [Фаворский,В.А.]. М., 1961.

Искусство книги: Вып. 2. 1956-1957. М., 1961.

Книга: Исследования и материалы: Сборник. 1. М., 1959.

Книга о Владимире Фаворском. М., 1967.

В. А. Фаворский: Воспоминания о художнике. М., 1990.

Фаворский, В.А. Воспоминания современников. Письма художника. Стенограммы выступлений. М., 1991.

Vladimir Favorsky. Moscow, 1967.