Бродячий сюжет: миф в индоевропейской эпической традиции

АВТОР СТАТЬИ: Рыжова Оксана

Бродячий сюжет:
миф в индоевропейской эпической традиции

18+

И летит, и клубится холодный туман,
Проскользая меж сосен и скал;
И встревоженный лес, как великий орган,
На скрипящих корнях заиграл....

Отвечает гора голосам облаков,
Каждый камень становится жив...
Неподвижен один только — старец веков —
В той горе схоронившийся Миф ...
(Константин Случевский «Миф»)

Глава 1
Странствия мифа

Праиндоевропейцы (протоиндоевропейцы) — носители праиндоевропейского языка, жившие на прародине примерно 6000 лет назад, во время энеолита и раннего бронзового века. Самоназвание неизвестно. Вопрос общей прародины также остаётся открытым. Говорили изначально на одном языке, со временем разделившемся.

Русский язык тоже потомок праиндоевропейского языка. Так, санскритское слово bhūrja и русское берёза родственны. Интересно, что и на Руси, и в гималайских районах Индии в древности писали на бересте.

Индоевропейские языки — самая распространённая в мире языковая семья. Ареал её распространения включает практически всю Европу, обе Америки, континентальную Австралию, а также значительную часть Африки и Азии. Есть некоторые споры между учёными (историки, археологи, антропологи, лингвисты) о полном перечне индоевропейских этносов. Традиционно к ним относят: скандинавов и кельтов, славян и балтов, индийцев и персов, греков и римлян, армян и таджиков.

Как и другие этносы, индоевропейцы слагали свои предания. Особенно поражают масштабы героического эпоса. Разобрать все в рамках одной статьи не получится, сосредоточим внимание на наиболее масштабных и значимых эпических текстах.

Героический эпос – это

повествование о подвигах легендарных героев, представляющее картину народной жизни в целом. Подобные рассказы составлялись устно, как правило, имели стихотворную форму и предназначались для пения. Жанр возник при взаимодействии песен-сказок про богатырей и мифологических сказаний.

Индоевропейцы ямной культуры

И прежде, чем приступить к рассмотрению конкретных мифологем в контексте устного и летописного эпоса, надо понять в каких условиях они складывались. Любое знание, как известно, не является универсальным и неизменным, оно зависит от исторического контекста. Например, в Средневековье люди объясняли мир через религиозные концепции, а в эпоху Просвещения на первый план вышли научные методы и рациональное мышление. А древние?

мифологема – это

мифологические сюжеты, сцены, образы, которые характеризуются глобальностью, универсальностью и имеют широкое распространение в культурах народов мира. Понятие было введено в научный оборот К.Г. Юнгом и К. Кереньи в монографии «Введение в сущность мифологии» (1941). От др.-греч. μῦθος = «сказание, предание» + λόγος = «мысль, причина».

Примеры мифологем: мифологема первочеловека, мифологема Мирового древа и др.

Логично, что представления человека со времён первобытных и по период античного мира, то есть до возникновения и становления современных религиозных систем, корнями уходят в исконные верования, сложившиеся у конкретного этноса и на определённой территории. Со временем сообщество расширялось и разбредалось в поисках новых территорий для бытования. Верования, таким образом, вместе со своими носителями тоже уходили всё дальше и дальше от первоисточника, впитывая «соки новой земли», одеваясь в новые смыслы и контексты. Так появились «бродячие сюжеты».

бродячий сюжет – это

устойчивый сюжетный мотив, переходящий из одной культуры в другую. Часто такие сюжеты немного видоизменяются под воздействием другой культуры, но могут оставаться и неизменными.

Самые частые бродячие сюжеты

Героические
Повествуют о славных подвигах героев эпосов и сказок.
Пример — «бой отца с сыном» (реальный или завуалированный).

Мифологические или волшебно-сказочные
В их основу легли предания о змеях, волшебных птицах, чудо-девице, скатерти-самобранке и прочих персонажах и предметах волшебных сказок.
Пример — бродячий сюжет в сказках и былинах о Змее Горыныче и спрятанной смерти.

Сказочно-бытовые
Рассказывают о бытовых явлениях, нашедших отражение в сказке.
Примеры — бродячие сюжеты о мачехе и падчерице, о похищении жён и девушек как отголосок обычая «умыкания».

Новеллистически-бытовые (сатирически-бытовые)
Примеры — бродячие сюжеты в ряде анекдотов о глупцах, в новеллах о вероломных жёнах и вдовах, в сказках про попа и мужика и других.

Глава 2
Триада – иерархия древних

Жорж Эдмон Дюмезиль (1898—1986): французский лингвист, мифолог и филолог-компаративист, автор Теории трёх функций.

Один из корифеев в области исследования бродячего мифа в контексте праиндоевропейского эпоса – Жорж Дюмезиль. Именно на его исследования опирается значительная часть этой статьи. Дюмезиль – основополагающая фигура в области сравнительной филологии и изучения индоевропейских мифов и религий, оказал большое влияние на становление структурализма во французской мысли. Мишель Фуко ссылался на его структурный анализ мифа как на формирующий пример для своего собственного подхода к изучению эпистем.

Эпистема — это

совокупность знаний, идей и дискурсов, характерных для определённой исторической эпохи. Она определяет, что считается истиной, какие вопросы задаются и как на них отвечают в конкретный период времени. Это центральное понятие теории «археологии знания» Мишеля Фуко, введённое в работе «Слова и вещи. Археология гуманитарных наук» (1966).

В чём же суть трифункционального подхода Жоржа Дюмезиля? Трёхтомное монументальное издание (и снова цифра «три» ;-) «Миф и эпос» — квинтэссенция трудов знаменитого мифолога. В первом томе «Миф и эпос: Идеология трёх функций в эпосах индоевропейских народов» автор раскрывает свою идею.

Трифункциональная гипотеза — это

гипотеза, согласно которой праиндоевропейское общество было основано на «трёхсторонней идеологии». Она отражается в существовании трёх каст или классов — жрецов, воинов и простолюдинов (земледельцев или торговцев). Им соответствовали три общественные функции: сакральная, военная и экономическая, соответственно. Впервые Жорж Дюмезиль озвучил гипотезу в 1929 году в книге «Фламен-Брахман», а позже в «Митра-Варуна».

В праиндоевропейском обществе постепенно сложилось иерархическое разделение на три группы: жрецы, воины и скотоводы-земледельцы. Этот инструмент ментальной классификации позволил индоевропейцам, а затем их наследникам – индийцам, иранцам, скифам, грекам, римлянам, кельтам, германцам и т.д. – «навести порядок» в своей вселенной. Он организует «обитателей неба» (богов), служит основой ритуалов и жречества, структурирует важнейшие человеческие явления, производства и дискурсы.

Функции трёх классов

Верховная власть (господство)
осуществляли жрецы, позднее священники. Они делились на две отдельные и взаимодополняющие части:

формальная, юридическая и мирская;
могущественная, незакодированная, сакральная.

Военная функция
связана с силой и с военными действиями.

Экономическая функция
регулировала производительность, скотоводство, земледелие и ремёсла. В её управление входило как верховное жречество, так и военные.

Но структура трёх функций это не только «машина для создания богов», она же оказывается мощным инструментом для создания историй. Не только мифов, но и светских историй, легенд, эпосов, сказаний, где боги и люди действуют трёхчастно. В мифологии у каждой социальной группы были свои собственные боги или семейство богов, которые покровительствовали ей. Функция бога или богов соответствовала функции группы. Подобные разделения существуют во многих индоевропейских обществах. Так, в раннегерманском обществе существовало чёткое разделение между королём, знатью и обычными свободными людьми.

Система варн, то есть разделение людей на группы в зависимости от способностей, существовала в ранневедийский период. Позднее сформировалась кастовая система, которая сильна и поныне.

В Индии издревле существовали три верховные варны, а затем касты, называемые в ведических текстах, дваждырождёнными: брахманы (жрецы), кшатрии (воины) и вайшьи (земледельцы, скотоводы и торговцы). Шудры (крестьяне или крепостные) — четвёртая каста появилась позже. Так, в эпосе «Махабхарата» особенно остро кастовое расслоение показано на примере Карны. Сын царицы Кунти и бога солнца Сурьи, рождённый до брака, был воспитан возничим колесниц и его женой. Наделённый силой и доблестью воин, он подвергался насмешкам, как «сын возницы».

Карна на Курукшетре командует армией Кауравов в битве с Арджуной
Неизвестный автор. Индия, Химачал-Прадеш или Джамму и Кашмир.

В эпической литературе три функции распределяются между тремя типами персонажей: героем, волшебником (или жрецом) и королём (царём, раджей и т. д.). Об этом подробно говорит Дюмезиль во втором томе «Миф и эпоc: Индоевропейские эпические типы». В центре внимания именно «Махабхарата», как самый масштабный и разноплановый эпический текст, созданный за всю историю человечества.

Французский филолог последовательно разбирает несколько эпизодов великой поэмы. Он рассматривает тип «героя» и подчёркивает параллелизм индийского и скандинавского эпического героя – Шишупала и Старкад. Оба персонажа крайне противоречивы. Рождённые чудовищами, они наполнили свою жизнь подвигами наподобие греческого Геракла, и в тоже время совершили множество преступных деяний. В итоге они были обезглавлены божествами-антогонистами. В момент смерти, превратив враждебность в любовь, слились воедино со своими палачами.

Греческая триада: Зевс, Посейдон и Аид

Источник: https://biblepoisk.blogspot.com

Дюмезиль также рассматривает мифологию Древнего Рима, где Квирин вместе с Юпитером и Марсом, входил в архаичную, прекапитолийскую триаду главных римских воинственных богов—хранителей государства, к которым взывали о победе в сражении. С космогонически-сакральной точки зрения Юпитер –Марс-Квирин – это само рождение Рима в результате войны, а затем примирения и слияния двух этнических групп – соратников Ромула, «протеже» Юпитера и сына Марса. Подобные триады верховных божеств-защитников всего Мира есть у многих народов. У скандинавов: Один-Тор-Фрейр. У индийцев: Брахма-Вишну-Рудра.

С типом «героя» и «волшебника» (мага, бога, духа) всё понятно и вполне логично. А что насчёт типа «короля»? Дюмезиль сопоставляет героев ведических и кельтских. Яяти, пятый царь Лунной династии, предок царевичей Пандавов и Кауравов и Эохайд Фейдлех, первый король Ирландии, схожи в отношениях со своими детьми. Обоим правителям приходится защищаться от мятежных сыновей и оба находят опору в дочери.

По одной версии Медб изначально была богиней власти, утверждавшая смертных королей, а потом она стала реальным человеком и королевой. По другой версии, Медб была богиней и её божественная роль заключалась в том, что она могла даровать верховную власть королю, выйдя за него замуж, или разделив с ним ложе.

По одной из легенд, ирландская принцесса Медб разделила ложе с братьями, чтобы ослабить их перед битвой. Согласно же повести XIII века «Мужья Медб» (также «Битва при Бойне»), у королевы Медб было четыре мужа, трое из которых благодаря ей стали правителями Коннахта. Примечательно, что Медб наделяет королевской властью своих сменяющих друг друга супругов, налагая на них треёхфункциональное условие: быть и оставаться без ревности, без страха, без жадности. По мнению Дюмезиля, здесь прослеживается общая праиндоевропейская теория возможностей, рисков и условий надлежащего (правильного) осуществления царской власти.

Камень с изображением быка

Шотландия

Медб — частая героиня уладского (или ольстерского) цикла ирландских преданий. Она фигурирует в центральной саге «Похищение быка из Куальнге» , где путём войны с королевством Ольстер пытается заполучить гигантского быка Донн Куальнге, чтобы сравняться в богатстве и владениях со своим супругом. В «Саге о Ниалле Девяти Заложников» Медб в образе старухи встречает у источника Ниалла и превращается в прекрасную деву, которая обещает ему царство, если он согласится сойтись с ней. В саге «Смерть Медб» описана гибель королевы.

Имена Медб и Мадхави схожи не только по звучанию. Медб (она же Мэв или Мэйв) с древнеирландского переводится как «медовая», «пьянящая». Мадхави на санскрите означает «сладкая» или «опьяняющая».

Индийская царевна Мадхави, спасая отца Яяти, на определённый срок стала женой трёх царей (временный брак) и родила трёх сыновей, будущих
правителей. Был у неё и четвёртый муж, мудрец Вишвамитра, один из семи
великих риши. От него царевна родила сына Аштаку и вернулась к отцу. Яяти предложил ей снова выйти замуж после церемонии сваямвары, но Мадхави предпочла уйти в лес и стать аскетом.

Сваямвара — это

брачная традиция в древнеиндийском обществе, согласно которой невеста, обычно из касты кшатриев (воинов), выбирает себе мужа из группы собравшихся претендентов либо по собственному желанию, либо в результате публичного состязания между претендентами. От санскр. स्वयंवर = «самовыбор».

Мадхави в медитации

В лесу она совершала суровые аскезы, поэтому стала известна как Мригачарини = ««та, кто живёт как олень». Годы спустя, когда Яяти упал с Небес, Мадхави поделилась половиной заслуг, накопленных в результате покаяния, что позволило Яяти вновь обрести Небеса. Таким образом, дочь спасла отца во второй раз.

Мы поговорили о трёх главных типах эпических героев. А каково соответствие истории и вымысла в мифо-эпическом сказании? Ведь давно не секрет, что история в эпосе как «начинка», что спрятана под густым слоем теста.

Глава 3
История в истории

Важным вопросом является соответствие эпического повествования исторической реальности. И здесь нельзя не сказать о жанре саги, который во многом перекликается с эпосом, и определённо может считаться его разновидностью.

В сборнике статей «Героический эпос и сага» рассматриваются разные национальные формы эпоса и устного народного творчества: саги, былины, песни, chansons de Geste и т.д. Сборник стал результатом серии лекций, прочитанных в рамках тематического курса в Университете Индианы в 1972 и 1975 годах специалистами по изучению эпоса во всём мире. Эпическая традиция представлена максимально широко: древнегреческий эпос, месопотамская эпическая литература, санскритские эпосы, иранские эпосы, исландские саги, русские былины, ирландские саги, сербскохорватские героические песни, балто-финский эпос, эпическая традиция тюркских народов, африканский героический эпос и др.

Джон Хоу

Иллюстрация к «Беовульф»

Героический эпос и сага – два самых масштабных и значимых жанра народной культуры и эпического повествования древних времён. Героический эпос фокусируется на подвигах героев, а сага — на истории знатных семей или королей. Эпос и сага со временем перешли из песен, устной речи и декламации на страницы литературы, став фиксированным жанром. Период существования письменных героических текстов ознаменован созданием канона индоевропейских эпических поэм: «Илиада» и «Одиссея», «Беовульф» и «Песнь о Нибелунгах», «Махабхарата» и «Рамаяна» и другие.

Часто эпос и сага взаимопроникают друг в друга. Так, индийская «Махабхарата» обычно определяется как героический эпос, но сосредотачивая внимание на борьбе династий Пандавов и Кауравов, она содержит истории их предков и потомков. А значит её можно в определённой степени назвать и семейной сагой. Кроме того, она содержит множество других «дополнительных» историй, не связанных с основным сюжетом, например, драматическая поэма «Наль и Дамаянти» или дидактическая «Бхагавад-гита».

Финны не являются индоевропейцами. Некоторые исследователи связывают их происхождение с миграцией индоевропейских земледельческих общин. Однако термин «индоевропеец» не только этнический, но и лингвистический. Финны относятся к финно-угорской языковой семье, а не к индоевропейской.

Надо сказать, даже фиксированные тексты, вроде бы имеющие авторство, подвергались исторически множеству редакций и трактовок. И если в случае с поэмами Гомера его авторство признаётся бесспорным, то личность мудреца Вьясы, автора «Махабхараты», окутана тайной. Да и само имя Вьяса переводится с санскрита как «аранжировщик», указывая скорее на собирателя и редактора. Схожа ситуация и с карело-финским «Калевала», ведь Элиас Лённрот не только собрал воедино разрозненные легенды, но и адаптировал их для понимания современным читателем.

Гизела Краатц в диссертации «Поэзия и проза» рассматривает подробно теории возникновения немецкого и индийского героического эпоса на примере «Песнь о Нибелунгах» и «Махабхарата», делая акцент на соответствие историческим реалиям.

Из немецких и индийских письменных произведений именно они имеют ярко выраженный характер героического эпоса. К этому следует добавить, что индийский эпос отличается от героических эпосов мира огромным количеством поучительных и нравоучительных эпизодов. «Песнь о Нибелунгах» имеет чисто литературную, народную ценность, «Махабхарата» – также религиозную ценность.

Среди исследователей сложилось устойчивое мнение, что «Песнь о Нибелунгах» – это произведение одного поэта. А «Махабхарата» часто видится как труд многих поэтов разных времён и поколений. Вопрос же определения времени написания эпоса имеет исключительное значение для понимания географического, исторического, литературного и культурно-исторического характера.

Чарльз Батлер
«Похороны викинга»

В «Песнь о Нибелунгах» чётко прослеживается историческая основа — гибель Бургундского королевства, разрушенного в 437 году гуннами. «Махабхарата» же рассказывает о деяниях мифических династий древности, Солнечной и Лунной [впрочем, некоторые современные княжеские роды Индии считают их своими прародителями].

Сурьяванши и Чандраванши — это

Солнечная и Лунная династии – две могущественные легендарные династии, чьи подвиги и жития описаны в ведических писаниях. Так, роды Куру (Кауравы) и Панду (Пандавы), чей внутридинастийный конфликт составляет основной сюжет «Махабхараты», описаны как представители Чандраванши. А принц Рама, земное воплощение бога Вишну, чьё жизнеописание и героические подвиги представлены в «Рамаяне», был представителем Сурьяванши.

Бог солнца Сурья

Фрагмент рельефа. Пала. VIII век

Но надо сказать, что историки-индологи, изучая древние манускрипты и другие исторические памятники, часто находят подтверждения существования двух могущественных династий древности, так называемого ведического (или ведийского) периода. Они, по-видимому, и стали прототипами мифоэпических царей и цариц. Этот вопрос остаётся открытым. Как мы видим, главное отличие саги от эпоса заключается в том, что сага имеет больше перекличек с реальной [по крайней мере, общепринятой] историей.

Во втором эссе второго тома уже упомянутой книги «Миф и эпос» исследуется историчность эпосов Индии и Ирана. «Махабхарата» здесь сопоставляется с «Авестой» и «Шах-наме». Жорж Дюмезиль рассматривает традиционную историю Ирана, начиная с династии Ахеменидов.

Ахемениды — это

династия царей Древней Персии (705(?) — 330 до н. э.). Ведёт начало от Ахемена, вождя союза персидских племён. Кир II Великий (558–530 до н. э.), потомок Ахемена, правивший в Парсе и Аншане (Северный Элам), основал огромную Персидскую империю, объединившую большинство стран Ближнего и Среднего Востока.

Дюмезиль поднимает проблему: насколько деяния царей династии Кайянидов из «Шах-наме» соответствуют реальности, или это всего лишь историзированная басня? Сопоставление самого прославленного царя Кави Усана со своим индийским почти тёзкой, мифическим Ушанасом Кавья, хоть и вызывает небольшой скептицизм, всё же вполне оправдано. Один в типе колдуна, другой в типе короля предвосхищают многие сюжетные совпадения.

Образ Кави Усана существует в памятниках общей индоиранской эпохи. Герой на вершине Мировой горы просит у богини Ардвисуры Анахиты власти «над богами и людьми» («Абан-яшт», V 45- 47). А находки лидийских надписей из Средней Азии позволяют предположить, что тип героя Кави изначально индоевропейский, то есть налицо бродячий сюжет.

Миниатюры из рукописи «Шах-наме», XVI век

В третьей части третьего тома «Миф и эпос. Римские истории» Дюмезиль даёт сопоставление образов Горация Коклес и Муция Сцевола, героев легенд Древнего Рима, которые олицетворяют мужество и готовность к самопожертвованию ради Родины, со схожими персонажами скандинавского эпоса.

Гораций Коклес (прозвище коклес означает «одноглазый») — римский воин, который один защитил город от врагов на мосту через реку Тибр. Он отважно сражался с наступающими этрусками, пока его товарищи рубили мост позади него, чтобы враги не смогли пройти. Когда мост обрушился, Гораций, обременённый доспехами, бросился в Тибр и вплавь добрался до римского берега. Несмотря на раны, он выжил.

Джироламо Брусаферро
«Муций Сцевола»

Муций Сцевола — молодой патриот, который во время войны с этрусками пробрался в лагерь врага, чтобы убить их царя Порсену. Но по ошибке убил писаря. Гая Муция схватили и привели к Порсене, но он не показал страха. Чтобы доказать свою храбрость, он положил руку в огонь и не издал ни звука, пока она не обгорела. Впечатлённый мужеством римлянина, Порсена отпустил его и вскоре заключил мир с Римом.

Гораций и Муций стали национальными героями, со временем превратившись в персонажей легенд. Дюмезиль анализирует и сравнивает схожие образы в германо-скандинавской мифологии. Один — верховный бог, великий воин и шаман, отец и предводитель асов, одноглаз. А бог чести и военной доблести Тюр жертвует рукой во время схватки с посланником тьмы, гигантским кровожадным волком Фенриром.

Иллюстрация к «Песнь о Сиде»

из книги Caminos de Mío Cid, 1974

Из всемирно известных героических эпосов испанская «Песнь о моём Силде» (в русском переводе обычно «Песнь о Сиде») наиболее близка к историческим реалиям своего времени. Главным героем эпоса выступает доблестный Сид, борец против мавров и защитник народных интересов. Историческим прототипом Сида послужил кастильский военачальник, дворянин, герой Реконкисты Родриго Диас де Вивар (1040—1099), прозванный за храбрость кампеадором («бойцом», «ратоборцем»). Первые фрагменты произведения начали складываться в виде легенд ещё при жизни дворянина в XI веке.

мавры — это

исторический термин, который в средневековой Западной Европе обозначал мусульманское население Пиренейского полуострова и западной части Северной Африки.

Глава 4
Большая вода

В предыдущей главе мы рассматривали примеры бродячих сюжетов в преломлении теории трёх функций, и соответственно, трёх основных типов эпических персонажей. Многие из описанных выше примеров принадлежат к периоду ранней социализированности, когда иерархия власти и общества в целом была уже достаточно чёткой. Поговорим сейчас о древнейших сюжетах. А что может быть древнее, чем Природа, то есть материализованная Вселенная?

Ни для кого не тайна, если б не было земли под ногами, огня для согрева, воздуха для дыхания и воды для пития, не было бы и нас. Логично, что значительная часть бродячих индоевропейских мифов, отобразившихся со временем в эпосе, связана с богами стихий. Вспомните, к примеру, Матушка-Сыра-Земля из старинных русских былин.

Пять махабхут индуизма

Притхиви — элемент земли, связан с запахом.
Джала — элемент воды, связан со вкусом.
Агни — элемент огня, связан со зрением.
Вайю — элемент воздуха, связан с осязанием.
Акаша — элемент эфира, связан со звуком.

В китайской философии у-син тоже 5 элементов:
дерево (木), огонь (火), земля (土), металл (金), вода (水).

Все сюжеты рассмотреть невозможно в рамках одной статьи. Учёные давно признали, что жизнь на Матушке-Земле, то есть планете Земля, вышла из воды. На ней и сосредоточимся.
Представляем, их Древнейшество – боги Воды!

Апам Напат

Источник: https://vk.com/wall-163516822_2027

Индоиранский Апам Напат — божество зороастризма, носит эпитет ахура, буквально «Внук Вод». В поздней мифологии индуизма асурами, то есть богами не испившими нектар бессмертия суру (он же амрита или сома), именовали «князей тьмы», повелителей подземного царства. В древнейших же ведических текстах, санскритское слово asura, упоминаемое ещё в «Ригведе», не несёт негативного смысла и обозначает группу изначальных старших божеств – Варуну, Митру и др. Надо сказать, что многие боги древности изначально асуры, например, Агни (огонь) и Сома (луна). В разряд светлых богов дэвов с самого начала попадают только Индра, Вишну, Пушан, маруты (боги ветров) и ещё пара-тройка божеств.

Это же слово имеет параллели и в германских языках: древнеисландское ass, руническое ansu-, древнеанглийское. ōs означают «бог». Те, кто читал «Старшую» или «Младшую Эдду» помнят о противостоянии двух видов богов – асов и ванов.

Лёд и Пламя

В индийских Ведах часто встречается фраза Апам Напат в значении некоего титула, а не как имя собственное. Чаще всего это относится к Агни, богу огня, а иногда и к Савитру, богу солнца.

Апам Напат в зороастрийской «Авесте» предстаёт как создатель человечества. В одном из гимнов он описывается как выходящий из воды, золотой и «облачённый в молнию», что скорее всего, отсылает к огню [здесь уместно вспомнить легенду о сотворении Вселенной после столкновения ледяного и огненного миров из «Старшей Эдды»]. Таким образом, мы видим, что ахура означает одновременно «Прародитель», «Податель жизни» и «Господин, повелитель», то есть выделяется триединая функция божества.

Налицо взаимосвязь между ведийской и авестийской традициями об Апам Напат и Варуне, которого также называют «Дитя вод» и считают богом моря. Как индийский повелитель Мирового океана Митра-Варуна, иранский Апам Напат поддерживает порядок в обществе и законное правление на вверенной ему земле (территория иранских народов) с помощью хварены. Мистическая сила, дающая мощь и власть, хварена, сопрятана в мифическом озере, которое охраняет Апам Напат, также его долг – распределять морскую воду по всему региону.

Пахтание Великого океана

Фрагмент барельефа из Ангкор-Вата. Камбоджа, XII век

В некоторых легендах Хварена — самостоятельное божество, олицетворяющее божественную благодать или славу, качество, присущее царям, гениям, пророкам, но утрачиваемое ими, как только они отступают от истины. Иногда этот образ заменяется образом богини Аши, олицетворяющей удачу и изобилие, дарующей свои награды лишь праведникам [здесь уместно вспомнить богинь удачи: индийскую Лакшми, греческую Фортуну, славянскую Долю и др.].

Можно провести параллель с индийской легендой о совместном пахтанье (взбивании) Молочного (Мирового) океана дэвами (светлыми богами) и асурами (тёмными богами), а затем о равномерном распределении даров [иранская хварена — тоже дар для избранных].

И снова обратимся к труду «Миф и эпос», где Жорж Дюмезиль сравнивает римскую легенду о появлении озера Альбано с легендой из персидской «Авесты» об Апам Напат и мифическом озере, где сокрыта хварена. Легенда гласит, что во время осады этрусского города Вейи в 398 году до н.э., озеро Альбано резко поднялось, несмотря на отсутствие значительных осадков. Это таинственное событие было воспринято как божественное предзнаменование. Римляне обратились за советом к Дельфийскому оракулу. Тот велел им рассеять лишнюю воду по окружающим полям, а не позволять ей стекать в море. Оракул пообещал, что так римляне одержат победу над Вейями.

Альбано — это

озеро в Италии, расположенное среди одноимённых холмов в регионе Лацио, юго-восточнее Рима. Образовалось в кратере потухшего вулкана. Считается, что его возраст составляет более 4 000 лет. Площадь озера — около 6 км², глубина — 170 метров.

Согласно римским рассказам, этрусский прорицатель также предсказал падение города, если осушить озеро. Эти взаимосвязанные пророчества побудили римлян построить дренажный тоннель озера Альбано. Через несколько лет город Вейи пал, что закрепило легенду о божественном значении озера.

Озеро Альбано в наши дни

Схожую сюжетную линию мы обнаруживаем в ирландской легенде о Нехтане, боге колодцев и прорицаний, герое многих кельтских саг. Нехтан был мужем Боанн, богини реки Бойн, и хранителем священного источника Тобар Сегайс (Колодец Мудрости), из которого берёт начало река. Волшебный колодец Нехтана охраняли девять орешников, чьи орехи падали в воду, даруя знание. В нём же обитал лосось мудрости — тот, кто съедал его, получал дар всеведения. Однако, доступ к источнику имели лишь сам Нехтан и его три виночерпия. Когда Боанн нарушила запрет и приблизилась к колодцу, воды взметнулись, сформировав русло реки Бойн и навсегда изменив ландшафт.

Тадг Далл О’Хигинн (1550 – 1591) —известный ирландский поэт позднего гэльского периода, происходил из семьи профессиональных бардов с севера Коннахта.

Одна из историй о колодце Нехтана рассказана в «Сказании бардов от Тадг Далл О’Хигинн» (ок. 1580 г.). Однажды ночью Нехтан был вовлечён в схватку с воином Мак-Кехтом. В итоге Нехтана убивают, отрезают голову и бросают её в колодец, а тело выбрасывают в соседнюю реку.

Колодец мудрости

Со временем эта легенда дополнилась рассказом о том, как тело Нехтана в каждое полнолуние выходит из реки, чтобы найти свою голову, призывая её со дна колодца. Люди приходили к колодцу, чтобы послушать, что скажет Голова, и задать ей свои вопросы [всплывает в памяти сюжет из поэмы «Руслан и Людмила» о беседе героя с большой говорящей головой. Как известно, Пушкин во многом черпал вдохновение из славянского фольклора, а он в свою очередь, тоже наследник общего праиндоевропейского мифа],

И уж совсем грех не вспомнить о Нептуне, боге морей и потоков, одном из древнейших римских богов. Даже по звучанию имена Апам Напат, Нехтан и Нептун схожи. Предположительно они все восходят к индоевропейскому слову nepot со значением «внук» или «племянник». С Нептуном связан праздник Нептуналий, который отмечался 23 июля с целью предотвращения засухи. Во время этого праздника строились хижины из листьев.

Вообще для древних мифологий боги стихий, в частности, огня и воды, всегда были крайне значимыми. Добывание воды и огня для человека прошлого было намного более трудоёмким, чем в наше время. Особенно это важно для аграрного общества. Оба природных элемента необходимы для поддержания жизнедеятельности человека (орошение полей, приготовление пиши, закаливание стали).

Глава 5
Астромиф

Звёзды и планеты тоже обожествлялись людьми издревле, что вполне логично, ведь Природа окружала человека древности везде. Звери, птицы, рыбы и даже насекомые приобретали в сознании человека мифопоэтические черты, становясь зооморфными божествами, духами и тотемами-покровителями. Что уж говорить о небесных светилах, ведь Высших пределов могут достигнуть только божественные создания — так думал древний человек.

Светила Дня и Ночи

Чаще всего героями сказаний старины глубокой становились Солнце и Луна, поскольку именно они ярче всего сияли на Небосклоне и влияли на аграрно-посевные работы. В мифах, а позднее и в фольклоре, Солнце и Луна персонифицировались, приобретая человеческое обличье и привычки. Помните, в русских былинах и народных сказках витязь обращался за помощью к Батюшке Солнцу или к Братцу Месяцу. А в сказке «Солнце, Месяц и Ворон Воронович» из сборника Александра Афанасьева светила ещё и женились на человеческих женщинах.

Недаром солнечный и лунный календарь уже много веков и даже тысячелетий не теряют своей актуальности. Солнечный календарь общепризнан в мире для отсчёта временных годовых циклов, разбитых на 12 месяцев. У народов Востока и Азии не менее популярен и лунный календарь для определения конкретных дат (начало мусульманского поста, праздники и посты индуизма). И здесь целесообразно вспомнить астрологию и астрономию, которые многие столетия не разделялись.

В индуистском искусстве Раху иногда изображается как дракон без тела верхом на колеснице, ведомой восемью чёрными конями.

Одной из древнейших зодиакальных систем для астрологических расчётов является индийский джойтиш. В ведических текстах многие астроявления объяснялись лилами (играми) богов. Например, солнечное и лунное затмения случаются, когда демон Раху из мести проглатывает Сому (Луну) и Сурью (Солнце).

Лунное затмение

Фотография из личного архива

В древнем мифе говорится: когда боги вкушали амриту (нектар бессмертия, аналог греческой амброзии, славянской сурице и др.), Раху удалось обманом получить к ней доступ и отпить несколько глотков. Но едва амрита дошла до его горла, Сурья и Сома заметили Раху в толпе богов и донесли о нём Вишну. Вишну срезал голову Раху своим диском, но так как голова демона от амриты стала бессмертной, она не погибла, а вознеслась на небо. С тех пор, желая отомстить Солнцу и Луне, голова Раху время от времени их заглатывает. То есть налицо миф о цикличном временном Конце света. Голова демона (Раху) и его тело (Кету) в гороскопе джойтиш – это теневые планеты, а также северный и южный лунные узлы. Период между солнечным и лунным затмением именуется Коридор затмений.

Аналогичные мифы о временном или постоянном Конце света присутствуют у многих народов. Один из самых ярких примеров, скандинавский Рагнарёк. Два демона-волка Сколль и Хати, сыновья чудовища Фенрира, глотают Светила. По одной из версий, Фенрир сам пожрёт Солнце и Луну, и настанет Вечная Тьма. По другой, Солнце проглотит Сколль, а Луну — Хати. То есть, снова мы видим бродячий праиндоевропейский миф.

Сколль и Хати глотают Солнце и Луну

В индийской ведической мифологии схожим образом объясняются и другие астроявления. Так, наличие четырёх основных лунных циклов (новолуние, растущая луна, полнолуние и убывающая луна) ознаменованы мифом о накшатрах, 27 жёнах (по иной версии – 28) бога луны Чандры, о его наказании за пренебрежение всеми, кроме любимой жены Рохини, а затем о его прощении.

Помимо Чандры и Сурьи в Ведах множество историй о Брихаспати (Юпитер), Шанп (Сатурн), Притхиви (Земля, в позднем индуизме именуется Бхуми), Таре (полярная звезда) и др. Например, в эпосе «Махабхарата» рефреном проходит сюжет о рождении царевичей Пандавов от богов, а их старший брат Карна был «звёздным ребёнком», сыном Солнца [символично, что род Пандавов принадлежал к Лунной династии. Возможно, это одна из причин непринятия Карны братьями, ведь Солнце и Луна в мифах и фольклоре часто противопоставляются друг другу].

Брихаспати с супругой Тарой

Храм Наваграха в Сурендрапури

Одним из характерных общих сюжетов является история похищения лучеезарной богини (Полярная звезда, Заря). Всё, что прекрасно и несёт свет должно быть сокрыто от глаз непосвящённых, — думал древний человек, перессказывая истории о похищении прекраcных звёздных дев. Таков миф о похищении Тары (Полярной звезды), супруги Брихаспати (гуру богов, Юпитер) богом луны Чандрой. Боги поддержали мужа, а демоны (на то они и демоны) – похитителя, из-за чего разгорелась страшное побоище. Свет одолел Тьму и Тара вернулась к мужу (взошла на Небосклон).

Есть и другая версия мифа. Согласно «Деви Бхагавата Пуране», богиня Тара была недовольна малым вниманием своего немолодого супруга. Встретив юного и красивого Чанду, она влюбилась и сбежала с ним добровольно.

Пьер Нарсис Герен

«Аврора и Кефал»

Иногда этот миф интересно трансформируется, и похитителем становится «традиционная жертва». Например, миф об Авроре (Утренняя Заря) и Кефале. В «Метаморфозах» Овидия рассказывается, что Кефал был прекрасным юношей, страстным охотником, в которого влюбилась Аврора и похитила его. Кефал ответил взаимностью Авроре, и та родила от него сына Фаэтона.

С образом Авроры перекликается образ Матуты. Матер Матута — италийская и древнеримская богиня утра и плодородия, покровительница замужних женщин. Вероятно, изначально была божеством утра, аналогом Авроры.

Согласно мифам, от брака Авроры и титана Астрея произошли все звёзды, в том числе, Люцифер.

Как и в случае с ведической Тарой, Матута объединяет в себе символику женщины-звезды и женщины-матери, что характерно для многих ранних мифологий. В более поздних мифологиях и фольклоре «Василисы Премудрые» и «Василисы Прекрасные», как правило, были р ееазными персонажами. Впрочем, в аутентичных сказках развит мотив «добывания» юношами чудесной жены.

Гвидо Рени Нахфольге
«Аврора прогоняет ночь перед колесницей Аполлона»

Также Матута – покровительница новорождённых [явно образная символика: рождение человека как заря жизни]. Богиня Матута побуждала женщин молиться за всех детей семьи и рода, а не только за своих. Она укрепляла род и поддерживала межродовые связи, особенно на уровне сестёр. В честь Матуты ежегодно 11 июня справлялся праздник Матралии, во время которого женщины молились за детей своих сестёр. Таким образом, Матута вбирает в себя и образ Вселенской Матери.

Во время родов также обращались за благословением к богине Юноне. Празднества в её честь назывались Матроналии и проводились ежегодно 1 марта. По мнению некоторых исследователей, Матута и Юнона имели сходство: обе богини были покровительницами брака, и им обоим были ненавистны наложницы мужей. Интересно, что мужем Юноны был Юпитер, то есть снова прямая параллель с ведическим мифом.

Фридрих Преллер Старший

«Левкотея является Одиссею»

Позднее под влиянием греческой религии культы Матуты и Юноны разделились: Юнона отождествлялась с Герой (Землёй), а Матута — с Левкотеей. Так, в знаменитой поэме Гомера есть сюжет о чудесном спасении Одиссея: во время шторма богиня Левкотея (или Левкофея) в облике чайки прилетела и дала ему чудесное покрывало.

Здесь нелишним будет упомянуть о Суммане (Сумманусе), римском боге ночного неба [Луна во многих традициях называется повелительницей ночи]. Сумману приписывались ночные грозы, а дневные — Юпитеру. Ежегодно в честь Суммана совершалось праздничное жертвоприношение и пеклись пирожки в форме колеса, символизировавшие его грозовую колесницу, разъезжающую по ночному небу.

Плавт же называет Суммана «ночным богом» и считает его покровителем воров: отсюда у него глагол summanare в значении «воровать» [можно ли считать это намёком на древний миф о похищении чужой жены светилом ночного неба?!]. По утверждению Марка Теренция Варрона, Сумман — это эпитет самого Юпитера как божества ночного (предрассветного) неба [неудивительно, что он женат на богине зари].

Глава 6
Кто ещё там бродит?

Мы рассмотрели несколько вариантов бродячих индоевропейских сюжетов, связанных, в основном, с природными явлениями, ведь именно Природа, как первопричина и основа, жизни обожествлялась всегда [природа здесь подразумевается в широком контексте, то есть вся материальная осязаемая вселенная].

Конечно, существует и множество других сюжетов, странствующих многие века и даже тысячелетия по землям, народам, городам да весям. Рассмотрим ещё несколько. В предыдущих главах мы часто обращались к «Махабхарате», как к самому масштабному индоевропейскому эпосу. Несправедливо будет не вспомнить о втором, не менее популярном, эпическом индийском сказании – «Рамаяна», которое также кладезь архаичных сюжетов.

Каспар Давид Фридрих

«Странник над морем тумана»

Один из них — «ритуал» лишения социального статуса перед восхождением на трон. Царь Дашаратха отправил сына Раму в изгнание из-за придворных интриг своей жены Кайкейи. Она попросила назначить наследником и возвести на трон её сына Бхарату, а Раму отправить в изгнание на 14 лет. Дашаратха не хотел выполнять это желание жены, но ранее он дал ей клятву, а слово правителя — закон. Рама, чтобы сохранить честь отца, согласился добровольно отправиться в изгнание. Его супруга Сита последовала за ним, а также брат Лакшмана, чтобы охранять их.

И вот здесь уже видны вариации общего праиндоевропейского сюжета: чаще всего царевич совсем юн, не женат, отвергнут всеми [как правило, царевича оклеветали завистники, «доброжелатели» настраивают против него всех или почти всех] и он уходит в изгнание один. По дороге он находит новых друзей-помощников и волшебные атрибуты или оружие. Пройдя множество испытаний, он возвращается с триумфом, восстанавливает своё доброе имя и восходит на престол. Прекрасная дева, невеста или жена обретается им либо во время изгнания, после совершения подвига и спасения женщины, либо уже после возвращения на родину. Это очень распространённый сюжет в мифах и сказках народов мира, то есть он выходит за рамки праиндоевропейского бродячего мифа и является общечеловеческим.

Бхаванрао Шринивасарао Пант Пратинидхи (Баласахеб Пандит Пант Пратинидхи). Иллюстрации к «Рамаяне»

Царица Кайкейи и царь Дашаратха

Рама утешает Ситу

Сита и призрачный олень

Орёл Джатаю пытается спасти Ситу от демона Раваны

Заключение союза принца Рамы и царя обезьян Сугривы

Рождение Марути (Ханумана)

Битва между царём богов Индрой и Марути (Хануманом)

Хануман пересекает океан

Сожжение города-острова Ланка

Коронация Рамы

Но вернёмся к «Рамаяне». Есть и ещё одно «отклонение». Бхарата, ради правления которого и был изгнан Рама, также проявляет благородство и отказывается от престола. Он не оспаривает право первенства старшего брата и соглашается стать лишь регентом (временным правителем) Айодхьи во время изгнания Рамы. Бхарата отказался даже сесть на трон и вместо этого поставил на него туфли Рамы, символизируя свою преданность и уважение к нему. Это тоже не частое явление среди подобных сюжетов: как правило, «самозванец» с радостью принимает своё владычество. Впрочем, здесь важный момент: все четыре царевича, рождённые от трёх жён царя Дашаратхи (Рама и его три сводных брата – Лакшмана, Бхарата и Шатругна) являются полным (Рама) или частичным аватарами (земным воплощением) бога Вишну.

Царевич Рама был изгнан в леса на четырнадцать лет, в боях с ракшасами он проходит через временную смерть, а после победы над владыкой мира мёртвых становится царём в родной стране. Не нужно быть мифологом, чтобы понять, что подобные истории – это «воспоминание» о древнейшем обряде инициации. И в этом плане Рама и подобные ему герои уходят не в изгнание, а скорее в подвижничество.

ритуал инициации — это

одна из разновидностей переходных обрядов, в результате которых индивид или социальная группа обретают иной, как правило, более высокий, социальный статус.

Вследствие интриг родственников, претендующих на трон, были отправлены в изгнание и пять царевичей Пандавов из «Махабхараты». Здесь также прослеживается отличие от частого сюжета странствия в одиночестве. Зато в ссылке они обрели в жёны прекрасную Драупади, как часто бывает в «классической» версии подобного сюжета [почему Драупади стала женой сразу пятерых братьев-царевичей читайте в самом эпосе;-)].

В переводе с арабского «сид» означает «господин».

Иногда герой не царевич, а просто аристократ, или храбрый воин. Таков мотив испанского эпоса «Песнь о Сиде». Из-за ложного обвинения Родриго (Руй) Диас де Бивар, прозванный Сидом, лишился расположения своего сеньора, короля Альфонса VI, и был изгнан из Кастилии. На сборы Сиду было отпущено девять дней. Если же он не успевал в срок покинуть пределы Кастилии, королевская дружина имела право его убить.

Меч Сида. Из книги Caminos de Mío Cid, 1974

В изгнании Сид переживает много приключений и становится очень богатым. Когда мавры нападают на Испанию, Сид становится на защиту христианства, за что его прощают, и его дочери получают знатных женихов. Однако, зятья оказываются трусами: они прячутся, когда на Сида нападает лев, а позже избивают его дочерей. Оскорблённый Сид добивается их развода. Вскоре его дочери удачно выходят замуж за смелых королей, и их новые браки приносят счастье.

Вернёмся к «Рамаяне». Какие ещё архетипичные сюжеты мы здесь видим? Например, месть за отверженную любовь. Демоница Шурпанакха предлагает Раме свою любовь, и после отказа, мстит, подстрекая своего брата похитить жену Рамы, Ситу. Мотив отвержения героем любви хозяйки мира смерти (в данном случае – сестры владыки Темного царства) очень древний. Месть инфернального создания – тяжёлое испытание для героя.

Царь медведей Джамбаван фигурирует и в «Рамаяне», и в «Махабхарате». В ведических текстах говорится, что он был рождён ещё на Заре Мира и будет жить до его Заката.

Кроме того, традиционны сюжеты участия благородных животных (или других волшебных созданий) и путешествие в «иной мир». Царевичу Раме помогают войска обезьян и медведей под предводительством Сугривы и Джамбавана. С их помощью Рама в итоге одолевает похитивших Ситу ракшасов (демонов). А перелёт-прыжок Ханумана через океан на остров Ланку, в обитель демона Раваны, соответствует традиционной сюжетике путешествия в иной мир (разновидность испытаний-инициации).

Равана в своём дворце

Фрагмент миниатюры.

Индия, Пенджабская школа, XVIII век

Но самый, пожалуй, востребованный мифоэпический сюжет всех времён и народов – похищение женщины (возлюбленной, невесты или жены героя) владыкой заморской страны и битва за неё. Характерно, что Сита и Рама являются воплощениями верховных божеств Лакшми и Вишну. Налицо одна из вариаций извечного сюжета о борьбе Света и Тьмы [уместно вспомнить здесь об умыкании дев-звёзд, о которых мы рассказывали ранее. Например, миф о похищении Тары-Полярной звезды].

Такой сюжет соответствует древнейшему земледельческому мифу о похищении владыкой Мира смерти богини плодородия. Чудовище-похититель традиционно предстаёт Змеем. Сразу всплывают в памяти миф об Аиде и Персефоне, дочери богини земли Деметры [хотя Персефона не была сосватана, так что Аид не является похитителем чужой женщины] и множество сказаний из русских былин о похищении царевен Змеем Горынычем или Кощеем Бессмертным.

Часть фольклористов относит сказку к малым эпическим жанрам, другая –различает сказку и эпос.

Все вышеописанные сюжеты часто характеризуют волшебные сказки. И хотя в отличие от героического эпоса, фольклорные сюжеты не так масштабны, ведь они не описывают крупные исторические или социальные события, но они много вобрали в себя от эпического повествования. Сказка – некая квинтэссенция, эпос в миниатюре.

А. Горбаруков «В подземном царстве»

Иллюстрация к сказке «Три царства...»

Хочется здесь вспомнить русскую народную сказку «Три царства – медное, серебряное и золотое «, в которой, как в маленьком эпосе, мифы бродят, да бродят ;-) Она записана фольклористом А Н. Афанасьевым в нескольких вариантах в сборнике «Народные русские сказки». В сказках № 129 и № 130 вместо старика со старухой выступают царь и царица (царь Бел Белянин с женой Настасьей и царь Горох с Анастасией Прекрасной). В обеих сказках царицу уносит злой волшебник, и на её поиски отправляются царевичи. Здесь некая вариация сюжета: герой спасает не жену или невесту, а мать. Также есть мотивы путешествия в мир иной (подземный мир), обретения прекрасной девы, предательство братьями и отцом, прохождения испытания благодаря уму и смекалке, победа царевича над отцом и восхождение на престол.

Борьба отца с сыном тоже очень архаичный сюжет. Так, в греческой мифологии он представлен мифом о борьбе Зевса с его отцом, богом времени Кроносом, и титанами за власть над Миром. Эта война, известная как Титаномахия, длилась десять лет. Среди титанов не все поддержали Кроноса: его старший брат Океан и титан Прометей заняли сторону Зевса. Также помощь богам-олимпийцам оказали Стикс и её дети – Мощь, Рвение и Победа. Зевс победил, титаны дрогнули под натиском его молний.

Подобные сюжеты в иносказательном виде показывают смену поколений, необходимую для дальнейшего развития Мира. А также победу юности над старостью, или в более широком смысле – победу новой эпохи над старой. Кроме того, здесь показана и цикличность жизни, а в некотором смысле и карма (расплата за деяния прошлого). Кронос — младший сын первого бога Урана (неба) и богини Геи (земли), входил в пантеон титанов — древних божеств, правивших Миром до прихода олимпийских богов.

Титаномахия – битва Богов и Титанов

Уран заключил своих детей-титанов в глубинах Земли, не желая допустить их власти. Кронос, вооружившись серпом, восстал против отца, оскопил его и освободил своих братьев и сестёр. Захватив власть, Кронос стал правителем Мира и женился на своей сестре Рее. Однако, пророчество гласило, что один из его детей свергнет его, как он сверг своего отца. Стремясь избежать предсказанной судьбы, Кронос проглатывал всех своих детей сразу после их рождения. Среди его жертв были Гера, Деметра, Посейдон, Аид и Гестия. Младший же сын Зевс был спасён матерью Реей, которая спрятала его на острове Крит. Когда Зевс вырос, он сверг Кроноса, освободив своих братьев и сестёр, тем самым завершая цикл власти.

Вишну в космическом сне

Южная Индия, Керала, XVIII век

И последний бродячий сюжет, про который хочется рассказать – героический сон. Звучит немного странно, не правда ли? Герой и спит! Нет, он не заколдован [проклятье в виде сна, коим изобилуют сказки и легенды многих народов, тоже бродячий сюжет, но мы сейчас говорим о другом виде сна], он просто… отдыхает. Эпические герои часто изображались богоподобными [часто они были детьми богов и людей, вспомним, греческого Геракла], необыкновенно сильными, а порой, и со сверхъестественными способностями. И всё же они люди [или полулюди], а значит, их силы имеют свой предел.

Демон Кумбхакарна желал получить индрасан — трон царя богов Индры. Но когда он просил дар у творца Брахмы, то неправильно произнёс название дара и попросил нидрасан — вечный сон.

Так как герой во время подвига затрачивает огромные силы, то и сон его глубже и дольше, чем у простого человека. Один из ярких примеров – богатырский сон из русских былин и сказок. Впрочем, тёмные витязи тоже могли обладать такой способностью. Так, могущественный демон Кумбхакарна, брат похитителя царевны Ситы, за свою суровую аскезу получил от бога Брахмы дар почти беспрерывного сна. Каждые шесть лет ракшас мог просыпаться на один день [по другой версии он бодрствовал один день в полгода].

Когда Рама вместе со своим войском пришёл на остров Ланку, Равана с большим трудом разбудил его и попросил о помощи. Кумбхакарна осудил Равану и увещевал его вернуть Ситу и примириться с Рамой. Равана настаивал на братском долге и взаимопомощи. Нехотя Кумбхакарна согласился помочь [в Ведах не редки персонажи, которые, несмотря на демоническое происхождение, не являются однозначно отрицательными].

Кумбхакарна, младший брат короля демонов Раваны

Сей тёмный витязь обладал силой недюжинной. Он покорил бога Индру, ударив его в грудь сломанным бивнем слона Айравата. Разгромил армию Рамы в битве. Проявил необыкновенную силу на поле боя, поедая обезьян и давя их своими ногами. Лишил царя обезьян Сугриву сознания и взял его в плен после битвы с Хануманом. В итоге он был побеждён Рамой, и так как в момент смерти, лицезрел перед собой божество (Рама – аватар Вишну), то достиг освобождения от круговерти перерождений [помните, он не был абсолютным злом].

Время подвести итоги. Как мы убедились, бродячие сюжеты, выйдя из общего прамифа, трансформировались во множество национальных «историй», сохранив при этом единую платформу. По ходу развития социума и культуры появлялись разные жанры для реализации мифа: собственно миф, эпос, сага, легенда, былина, сказка… Отголоски бродячих сюжетов можно встретить и в жанре народного анекдота. Как разновидность устного народного творчества, анекдот основан на общих архетипах.

Анекдот ;-)

Отправился Иван-царевич за тридевять земель счастья искать... Три дня и три ночи шёл он по пустыне сахарской. Захотелось ему пить. Увидел Иван на горизонте колодец, подошёл к нему и наклонился, чтобы напиться. Вдруг перед ним возникла какая-то тень. Обернулся Иван и видит: позади него стоит Змей Горыныч, огромный и страшный. Вынул тогда наш герой свой меч и давай рубить гадюку эдакую. Срубает голову, а у змея вырастают две новые, срубает две — появляются четыре новые. Три дня длилась битва…

А Змей Горыныч его спрашивает:
— А ты зачем к колодцу пришёл?
— Как зачем? Воды попить!
— Ну и кто тебе мешал?

Как ветви древа древнего, древнего да могучего, расстилаются во все стороны мифы праиндоевропейские. Али пути-тропки, что от единой дороги исходят. Как в той присказке, «направо пойдёшь…, налево пойдёшь…, прямо пойдёшь…». И прошли мы по следам мифа бродячего, прошли да и дале пошли ;-)

© В статье использованы авторские художественные материалы из книжного фонда библиотеки, а также из открытых интернет-источников:
https://ru.pinterest.com
https://shedevrum.ai
https://yandex.ru/images
Все авторские права принадлежат правообладателям, материалы не используются в коммерческих целях.
В тексте вы найдёте ссылки на каталог библиотеки.
[…] –авторские размышления.

Литература:

(Не)литература:

Будем признательны за отклик

Наверх